Суд указал на незаконную проверочную закупку и провокацию преступления
За первое полугодие прошлого года по ст. 146 УК Ф «Нарушение авторских и смежных прав» суды приговорили 265 человек, а за весь 2015 год — более 820. По сравнению с предыдущими годами, количество выявляемых преступлений снижается.
«УП» неоднократно публиковал материалы о практике расследования преступлений по ст. 146 УК РФ1. Однако уголовное дело в отношении Григория Пожарского2 показывает, что в ряде регионов сотрудники оперативных служб и следствия своеобразно трактуют нормы Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»3. Либо ничего не знают ни о позициях Пленума ВС РФ, ни о широко известных постановлениях ЕСПЧ по вопросам законности проведения оперативно-розыскных мероприятий.
Безусловно, борьба с распространением «пиратского» программного обеспечения невозможна без проведения ОРМ. Но ее надо вести тогда, когда на то есть основания, правильно и законно оформлять оперативные мероприятия и полученные на их основе доказательства. В противном случае действия могут обернуться уголовным преследованием самих правоохранителей.
В деле Пожарского не последнюю роль сыграла активная позиция судьи. Он проверил доводы защиты и использовал для этого возможности получения сведений о телефонных соединениях «закупщика» и полицейского на момент проведения ОРМ.
Видимость законности закупки
По версии обвинения, Петр Маевский планировал построить навес на своем земельном участке. Он хотел спроектировать его макет на компьютере, для чего ему была нужна программа SolidWorks. Он стал подыскивать объявления в Интернете. Маевский позвонил по одному из объявлений некоему Денису и спросил, может ли он установить программу на его компьютер. Денис ответил, что это незаконно, так как программа стоит больших денег, но сказал, что он знает другого человека — Игоря, который может это сделать. Маевский договорился с Денисом, что человек приедет к нему в офис и установит программу. С самим установщиком, Игорем, никакой договоренности не было.
Однако Маевский вдруг засомневался в законности такой установки и обратился в УВД. В УВД ранее незнакомый ему оперуполномоченный Алексей Баев разъяснил, что продажа и использование «пиратского» софта карается по ст. 146 УК РФ. Полицейский предложил Маевскому участвовать в проведении ОРМ «проверочная закупка», чтобы пресечь противоправную деятельность установщика программ. Маевский не сразу дал согласие, но перезвонил Баеву в тот же день, 23.03.2015.
Баев составил рапорт о том, что ему стало известно, что некто по имени Игорь занимается распространением контрафактного программного обеспечения, и вынес постановление о проведении ОРМ. На основании полученного разрешения от начальника Баев снабдил Маевского описанными заранее купюрами на сумму 1,5 тыс. руб., установил записывающую аппаратуру в помещении, где Маевский договорился о встрече с установщиком через посредника Дениса, и вручил портативный компьютер, на который должны были установить программу. 23.03.2015 Григорий Пожарский приехал в офис Маевского, установил программу, получил 1,5 тыс. руб., и его сразу же задержали полицейские во главе с Баевым.
Доказательства обвинения
Доказательства обвинения строились целиком на протоколах ОРМ «проверочная закупка». Факт установки контрафактной программы и получения денег был зафиксирован на аудио. Сам Пожарский не отрицал, что действительно установил без разрешения правообладателя программу на компьютер Маевского. Подписи представителей общественности — понятых — братьев Замулевых имелись на всех документах ОРМ.
Однако расследование уголовного дела затянулось более чем на год. Перед завершением следствия следователь еще раз допросил Маевского об обстоятельствах дела. Протокол допроса, составленный спустя год после проверочной закупки, сыграл одну из решающих ролей против обвинения.
Следователь предъявил Пожарскому обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 146 УК РФ, так как стоимость программы составила более 138 тыс. евро (более 8 млн руб.).
Позиция защиты и суда
Из приговора очевидно, что основная «битва» между обвинением и защитой развернулась именно в суде. На следствии Пожарского защищал «карманный» адвокат, который уговаривал его признать вину и просить суд рассмотреть дело в особом порядке.
Но в суде уже другой защитник настаивал на том, что действительным инициатором проверочной закупки был полицейский, который привлек для этого своего друга Маевского. Пожарский никогда не занимался продажей «пиратских» программ, поэтому само ОРМ было проведено без законных оснований. Кроме того, само ОРМ было полностью сфальсифицировано.
Показания обвиняемого. При допросе в суде Пожарский пояснил, что по сети Интернет он общался с неизвестным ему в реальности Денисом. Денис рассказал ему, что Маевский просит установить программу SolidWorks на свой компьютер. Пожарский пояснил, что в день, когда его задержали, он скопировал демо-версию программы из Сети на свой переносной жесткий диск. По просьбе Маевского уже во время встречи он модифицировал и снял временное ограничение на ее использование. Торговлей и копированием программ он раньше не занимался.
Расхождение в показаниях свидетеля. В судебном заседании суд выяснил, что на самом деле Маевский и полицейский Баев — давние друзья. Маевский сообщил в суде, что когда подыскивал программу и наткнулся на Дениса, то сам якобы позвонил своему знакомому Баеву, чтобы проконсультироваться, законно ли это. Баев сказал, что это незаконно, и тогда он решил принять участие в изобличении преступника. При этом Маевский настаивал на том, что он сам звонил полицейскому незадолго до проверочной закупки.
Далее в суде Маевский начал вспоминать детали дела и пояснил, что 23.03.2015 Баев дал ему ноутбук, аудиозаписывающее устройство установили на него в здании УМВД, а после задержания Пожарского осмотрели и изъяли в офисе по месту проведения закупки. Он также сообщил, что сам не прослушивал запись ОРМ и что покинул город сразу после задержания Пожарского.
В этот момент и понадобился протокол допроса Маевского, который следствие составило незадолго до конца расследования. Сравнивая показания свидетеля, данные в суде и следователю, стало ясно, что в них нет практически никаких совпадений. Кроме того, следствие, пытясь подогнать показания под протоколы ОРМ, сильно перестаралось.
ИЗ ПРИГОВОРА СУДА. «В протоколе допроса Маевского от 20.03.2016 содержатся показания, согласно которым…, он решил обратиться в УМВД, в этот же день в первой половине дня приехал туда, где к нему обратился ранее неизвестный ему Баев, предложивший принять участие в проверочной закупке. Дав согласие, он вернулся на работу, куда через некоторое время приехал Баев с двумя представителями общественности: Замулевыми, с участием которых Баев с 16.00 до 16.20 произвел осмотр помещения, с 16.25 до 16.35 — его личный досмотр, с 16.40 до 16.50 установил техническое средство для аудио- и видеофиксации в помещении, с 16.55 до 17.05 вручил ему техническое средство для аудиозаписи разговора с программистом, с 17.10 до 17.25 осмотрел, отксерокопировал и вручил ему деньги в сумме 1 500 рублей, с 17.30 до 17.45 осмотрел и вручил ему ноутбук, затем Баев и понятые покинули помещение. После того как Пожарский установил на ноутбук программу, с 19.05 до 19.55 был произведен осмотр места происшествия, с 20.00 до 20.10 с участием Замулевых был произведен его личный досмотр, в ходе которого у него было изъято аудиозаписывающее устройство. Затем он прибыл в УМВД по Всеволожскому району, где в кабинете № … Баев совместно с Замулевыми с 20.45 до 23.50 участвовал в осмотре аппаратуры, использованной в ходе ОРМ, и в прослушивании аудиозаписи
Исходя из этих показаний, средство аудиофиксации в виде флеш-карты было изъято у Маевского дважды: сначала в офисе при личном досмотре, а