Актион Уголовный Процесс Щит и лупа

Адвокаты «Уголовного процесса»

Сычевский Иван Иванович

Сычевский Иван Иванович

Норма:

Ст. 286, ч.3

Регион дела:

П. Уренгой ЯНАО

Контакты адвоката

Суд оправдал милиционера, обвиненного в превышении должностных полномочий

Бытовая склока между соседями, для разрешения которой были вызваны сотрудники милиции, чуть было не стоила одному из них «срока» от трех до десяти лет. Но благодаря усилиям защиты суд сначала приговорил стража порядка к лишению свободы условно, а по результатам пересмотра дела вынес оправдательный приговор.

И.Р. Рамазанов,главный редактор журнала «Уголовный процесс», кандидат юридических наук

Дело, о котором пойдет речь, интересно не только своим итогом, но и тем, что в ходе предварительного расследования по нему был использован полиграф. Пройти проверку на «детекторе лжи» согласились участники и свидетели происшествия. Несмотря на то, что суд первой инстанции признал результаты проверки показаний на «детекторе лжи» недопустимым доказательством, сам факт его применения — еще одно свидетельство складывающейся на сегодняшний день тенденции использования исследований на полиграфе в качестве одного из доказательств по делу.

«Соседские разборки»

История произошла в ночь с 6 по 7 января 2010 года в ходе празднования супругами Болтенко1 очередной даты знакомства. Из показаний обоих следует, что 06.01.2011 около 18.00 они начали отмечать годовщину, для чего заранее купили две бутылки вина 0,7 л. Была включена музыка. Примерно к часу ночи 07.10.2011, по показаниям Болтенко, они услышали топот шагов сверху — это были дети соседки, которые не могли уснуть. После этого, со слов Аркадия Болтенко, который впоследствии был признан потерпевшим, он сделал музыку громче (в час ночи!).

Примерно в три часа ночи с работы вернулась их соседка Наталья Ковалева, которая часто предъявляла претензии к супругам в связи с их поведением. Ковалева, услышав громкую музыку, позвонила в дежурную часть ПОМ п. Уренгой. Надо отметить, что Ковалева работала уборщицей в том же отделении милиции, сотрудники которого приехали по ее вызову.

Через некоторое время к дому подъехала служебная машина сотрудников ППС. Ковалева встретила старшего группы задержания Владимира Нечипоренко и его коллегу милиционера-водителя Дмитрия Шпака. В подъезде она объяснила ситуацию и указала, что ее соседи из квартиры № 12 мешают ей и ее ребенку отдыхать.

Старший группы несколько раз постучал в дверь квартиры супругов Болтенко. После этого дверь открыл Аркадий Болтенко, по свидетельству Ковалевой, милиционеров и ряда других очевидцев, находившийся в состоянии опьянения.

Дальнейшее развитие событий, по версии обвинения, не выглядит логичным и осмысленным, но, тем не менее, привело к возбуждению уголовного дела. По словам потерпевшего и его жены, милиционер представился, но не показал удостоверения. Затем в ответ на просьбу Нечипоренко сделать музыку тише Аркадий Болтенко сказал, что сделает. После чего милиционер ударил его кулаком в нос. У Болтенко пошла кровь из носа. В это время из квартиры вышла его жена и, увидев якобы избитого мужа, начала кричать. Она же вызвала скорую помощь, медики которой зафиксировали гиперемию (покраснение) в области спинки носа и умеренное кровотечение из носовых пазухов.

По версии же сотрудников милиции и защиты, на самом деле Болтенко, находясь в состоянии опьянения, не согласился с просьбой старшего группы, а, напротив, начал оскорблять их. Со словами «я милицию не вызывал» он взял Нечипоренко за рукав бушлата и попытался вывести его из подъезда. По показаниям милиционера, он резко вырвался из рук Болтенко и в результате толчка последний развернулся лицом к двери. После этого он увидел, что у Болтенко идет кровь из носа. Таким образом, Болтенко просто ударился лицом о дверь или дверной косяк.

Доказательства обвинения

Следствие по пустяковому делу было проведено с завидной тщательностью. Однако основными прямыми доказательствами совершения преступления явились только показания самого потерпевшего и данные судебно-медицинской экспертизы.

Показания потерпевшего Аркадия Болтенко, как было указано выше, сводились лишь к тому, что милиционер ударил его после того, как он (Болтенко) ответил согласием на его просьбу убавить громкость музыки в квартире. Что же касается экспертиз, то их результаты разнились. Первый эксперт заключил, что «повреждение могло образоваться как от удара твердым тупым предметом с ограниченной поверхностью (например, руки или ноги человека)… так и при падении с высоты собственного роста и ударе о твердый тупой предмет». Такой вывод не устроил следователя и он назначил вторую экспертизу. Второй эксперт сделал категоричный вывод, что Болтенко ударили в нос кулаком или ладонью. Свой вывод он обосновал тем, что «в случае удара головой во время толчка или прижатия головы к предмету с преобладающей плоской поверхностью соударения обязательным условием было бы появление „следов“ на выступающих частях лица (лоб, подбородок, скуловые области, кончик носа) в виде ссадин, кровоподтеков…».

Полиграф против обвинений

Как отметил адвокат милиционера, Иван Сычевский, видимо, понимая, что доказательства, подтверждающие вину сотрудника милиции, не так убедительны, следователь предложил провести проверку показаний на «детекторе лжи» обвиняемого и потерпевшего. Кроме того, на полиграф согласились свидетели: милиционер-водитель, супруга потерпевшего и Наталья Ковалева. По словам защитника, с результатами исследований на полиграфе он был ознакомлен только в порядке ст. 217 УПК РФ. Однако, они оказались настоящим подарком для защиты. Специалист-полиграфолог заключил, что у Владимира Нечипоренко выявлены яркие психофизиологические реакции, свидетельствующие о том, что он не применял насилия в отношении потерпевшего, не оскорблял его и не наносил ему удар кулаком в лицо. Итоги проверки потерпевшего были еще красноречивей: они подтверждали то, что сотрудник милиции не избивал его, но он, в свою очередь, оскорблял Нечипоренко, а также договорился с женой оговорить сотрудников милиции(!). Оба исследования были приобщены к делу в порядке ст. 80 УПК РФ «Заключение и показания эксперта и специалиста».

После таких выводов специалиста следователь отказался продолжать применять полиграф к другим участникам дела.

Надо также отметить, что в обвинительном заключении были приведены выдержки из протоколов допроса многочисленных свидетелей, содержание которых вызывает недоумение: зачем следователь в качестве изобличающих доказательств привел показания лиц, которые рассказали, что ничего не видели, а также зачем он допрашивал людей, которые даже не могли ничего видеть. Например, он допросил тещу Аркадия Коваленко, которая показала, что ее дочь позвонила ей через день после происшествия и «взволнованным голосом» сообщила, что ее мужа побил сотрудник милиции, старший группы задержания, и другие «подробности» нарушений норм Закона «О милиции» и служебных инструкций.

Судебные решения

Многочисленные ходатайства и жалобы защитника на нарушения, допущенные в ходе расследования, остались без ответа. Так, например, защитник обратил внимание на то, что следователь нарушил процедуру проведения судебно-медицинской экспертизы, поручив ее повторное проведение эксперту напрямую. Тогда как согласно ст. 16 Закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт не вправе принимать поручения о производстве судебной экспертизы непосредственно от каких-либо органов или лиц, за исключением руководителя государственного судебно-экспертного учреждения.

В ходе разбирательства суд исключил из числа доказательств данные проверки показаний обвиняемого и потерпевшего на детекторе лжи. Свое решение суд мотивировал только тем, что специалист-полиграфолог не был предупрежден об ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного показания специалиста. В итоге Пуровский районный суд Ямало-Ненецкого автономного округа приговорил Владимира Нечипоренко к трем годам «условно» с испытательным сроком три года и лишением права занимать должности на государственной службе также сроком на три года.

Прокуратура сочла приговор слишком мягким и направила кассационное представление. Защитник, в свою очередь, также обжаловал приговор, требуя пересмотра дела. Осенью 2010 г. кассационная инстанция отменила приговор и направила дело на новое рассмотрение. Суд ЯНАО пришел к выводу, что приговор не соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным судом. Во-первых, в приговоре не были приведены мотивы, по которым суд отверг доказательства в пользу подсудимого. Во-вторых, имелись существенные различия между показаниями судмедэкспертов, данными в судебном заседании, и их заключениями, сделанными в ходе следствия.

При новом рассмотрении дела 31.01.2011 районный суд вынес оправдательный приговор. При этом суд не посчитал результаты исследованияна полиграфе недопустимым доказательством. Однако свое решение суд мотивировал согласием с версией защиты и наличием в деле неустранимых сомнений, которые толкуются в пользу обвиняемого.

Другие дела

  • Чечеткин Михаил Леонидович

    Чечеткин Михаил Леонидович

    ст. 30, ч. 1, ч. 3, ст. 228.1 п. «а» ч. 3, ст.105, ч. 1 , ст. 33, ч. 5, ст. 228, ч. 1, ст. 33, ч. 5., ст. 30, ч. 3, ст. 33, ч. 1 ст. 2, ч. 5, ст. 228, ч. 1, ст. 111, ч. 1

    Воронежская область

    Четыре года вместо четверти века заключения

  • Тихонов Сергей Витальевич

    Тихонов Сергей Витальевич

    ст.33 ч. 3, ст.105 ч.2

    Вологодская область

    Адвокат добился оправдания предпринимателя в суде присяжных

  • Багмет Михаил Анатольевич

    Багмет Михаил Анатольевич

    ст.111 ч.2, ст.114 ч.1

    Москва

    Участника драки обвинили в тяжком преступлении. Как защита доказала необходимую оборону

Колокольчик

Вы адвокат и хотите рассказать о своем успешном деле?